Все о каратэ 
и единоборствах


Интервью с Вахтангом Шарадзе, 6-й дан каратэ дзёсинмон

– Вы помните тот день, когда впервые пришли в зал единоборств? 
– Да, это было 1979, когда я вернулся из армии. Мой знакомый врач сказал, что знает очень хорошую, «динамовскую» школу каратэ на Петровке 26. Он предложил мне пойти туда, и я согласился. Я служил во Внутренних Войсках МВД СССР, и в те времена только зарождался рукопашный бой. Именно тогда, в 1979, в Калининграде на базе ВДВ прошел первый чемпионат по рукопашному бою. До этого рукопашного боя как спортивной дисциплины в армии не было, а в Динамо первый турнир прошел лишь в 1984. 



– На основе каких единоборств был сформирован рукопашный бой?
– Рукопашный бой был основан на базе 4-х стилей: киокусинкай, сэн’э, дзёсинмон и сётокан, потому что ничего другого не было. Естественно, броски взяли из борьбы самбо. Впоследствии стали вводиться удары из бокса, но в основе было каратэ. И, на мой взгляд, все ударные единоборства, которые сейчас развиваются в России, имеют корни каратэ.

– Кто был вашим первым тренером?
– Первым моим наставником в додзё и по жизни — не могу сказать тренером — был Юрий Маряшин. Он служил в КГБ и преподавал каратэ в Динамо. Тогда к нам по линии КГБ приезжали инструкторы спецназа из Кубы, ученики Хосю Икэды. В то время в Москве были 3 основные школы каратэ: сэн’э, дзёсинмон в Динамо и сётокан. 

– Каратэ тех времен и каратэ сегодня — есть ли отличия?
– Конечно! Сейчас выросла техника, появилась система отбора. Тогда многие не знали о каратэ, набор был ограниченным; на всю Москву приходилось 20 каратистов более или менее приличного уровня, и выбирать не приходилось. 

– А акценты на тренировках изменились?
– Тогда тренировки были гораздо жестче. Несмотря на нехватку информации все занимались фанатично. На Западе издавались книги Масутацу Оямы, Масатоси Накаямы и других авторов. А в СССР западную литературу по каратэ привозили дипломаты. Потом эти книги размножалась и распространялась.

– Как развивалось каратэ в СССР в 80-х?
– После запрета каратэ в 1983 инструкторы каратэ тут же стали инструкторами рукопашного боя. Тогда «рукопашники» были сильными; база у них была из каратэ, а техника была идеальной. Помню, один из ребят делал удивительную вещь: в прыжке мог дать пощечину ударом «усиро-маваси гэри». После этого он мягко приземлялся, как кошка. Вот такая техника пришла в «динамовский» рукопашный бой. А потом изменились правила, и стала меняться техника: появились «навал», «грязь», «мордобитие». Да, это развивает спортсмена, но уже не является боевым искусством. 
В 1989 в спортивном зале Арсенала Московского Кремля проходили сборы и аттестация по оперативному каратэ. На сборы приехали представители всех республик СССР. Тогда я сдал экзамен на 2-й дан, но долгое время ходил с белым поясом. Черных поясов в продаже не было, а те, что мы окрашивали, быстро выцветали. 

– Может быть, расскажите интересную историю тех времен?
– Помню, как занятия по каратэ сётокан в «динамовском» зале проводил один «главный сэнсэй». Вы не представляете себе, какой это был цирк. Когда он, одетый черный халат с драконами, входил в зал и топал японскими деревянными сандалиями «гэта», все падали ниц, бились головами о пол и кричали «Осс! ». Затем все садились в «сэйдза», и пока он читал воспитанникам лекцию, двое учеников отправлялись мыть его черную «Волгу». Однажды он собрал человек 50, посадил их в «сэйдза», выключил свет, и просидели они так не менее часа, типа «медитировали». Потом он их разбудил и сказал: «Тренировка окончена!» Мы просто «покатывались» от этого! Было много интересных случаев. Если хотите, я расскажу. 

– Конечно!
– Помню, подошел к Юрию Маряшину парень и сказал: «Я 3 года изучал кунг-фу в Америке и хочу быть у вас инструктором». Его спросили об уровне подготовки, и тот ответил, что имеет диплом мастера. Он предложил Юрию Маряшину провести поединок. Юрий в ответ предложил «аккуратно поработать» с одним из своих учеников, бывшим гимнастом Сережей. Сережа был ростом 160 и служил в ОМОНе по задержанию особо опасных преступников. Начался поединок, Сережа сначала попрыгал, пока тот извивался и громко дышал, а потом как дал ему в солнечное сплетение. А тот — «брык» — и упал без чувств! Он лежал несколько минут, а как очнулся, все не мог понять, что с ним произошло. Много был таких случаев. Однажды приехал 4-й дан каратэ сётокан из Сирии. Посмотреть на мастера каратэ «слетелось» все Динамо, притащили его в спортзал. Сириец захотел показать технику, и против него вышел крепкий парень Володя. У Володи была база сётокан, он ездил на занятия из Подмосковья на электричке. И каждый раз он кому-то бил «морду», т.е. практики ему хватало. Я должен был идти вторым, если его «сломают». Начался поединок, сириец проводил красивые удары, передвигался в правильных стойках, но в какой-то момент его «замкнуло», и он стал работать грубо. Володя все отступал, наконец, ему надоело, и он провел атаку из двух «цуки» и завершил ее «маваси гэри» в голову. Результат был таким же, как и в предыдущем случае. Сириец все не мог поверить в свое поражение «белому поясу», но успокоился, когда услышал, что у Володи был черный пояс по оперативному каратэ. 

– Как можно перевести это слово «дзёсинмон»?
– Основатель стиля сосихан Икэда — философ и неординарная для Японии личность. Термин «дзёсин», означающий непоколебимый, постоянный дух, он взял из буддизма. Сосихан Икэда рассказывал, что раньше для обозначения школы боевых искусств применялось слово «мон» (яп. — ворота), а не «рю» или «кай». А само слово «дзёсинмон» несет философский смысл. 

– Какими характерными чертами обладает стиль дзёсинмон?
– Дзёсинмон — это стиль одного человека. Сосихан Икэда в молодости изучал окинавское каратэ сёриндзирю на островах региона Кюсю. Позже он приехал в Токио и изменил ката в соответствии с собственным пониманием, внес в них много новых элементов. Отличительные черты стиля — скорость и уходы с линии атаки. 

– Уход с линии атаки характерен также для стилей асихара и вадокай…
– Потому что они применятся тактику окинавского стиля сёринрю. Все защиты сёринрю — отталкивающие, а защиты годзюрю — наоборот — притягивающие. 

– Мы видели запись юбилейного чемпионата мира, который проходил в Токио в 2009. На чемпионате вы выступали с показательной программой: прикладные приемы и тамэсивари. Зрители увидели характерные черты дзёсинмон каратэ. В спортивных же поединках идентифицировать стиль дзёсинмон было невозможно.
– Согласен! Раньше у представителей дзёсинмон каратэ практически никто не выигрывал, т.к. стиль дзёсинмон очень жесткий, а атаки очень быстрые. Сейчас в спортивном поединке скорость «вязкая», применяются «раскачивания» и прочее. Я сейчас смотрю за спортивными поединками, и не вижу, чтобы ребята в клинче оказывали сопротивление: их бросают — они падают, как тряпки. Нет противоборства! Спортсмены не боятся встречных ударов. Пусть попробуют ко мне так подскочить — они тут же лягут! Потому что встречный удар — самый страшный. 

– Не считаете ли вы, что спортивное каратэ именно этой причине является более рисковым и травмоопасным, чем многие другие единоборства?
– Абсолютно! В 1994 в Нью-Йорке проходили соревнования по годзюрю. Там я занял 3-е место. В целях обеспечения безопасности все спортсмены использовали пластиковые, негнущиеся шлемы, перчатки и футы. 

– На показательном выступлении в Токио вы применяли бросковые и болевые приемы…
– До службы в армии я занимался самбо и выполнил норматив КМС. У меня очень хорошо шли подсечки в комбинации с ударами в голову, это было моей «коронкой». 

– Расскажите об участии команды СССР в международных соревнованиях. 
– В 1989 на Кубе проходил международный турнир «Кубок Монкада». Туда приехали сильнейшие команды планеты, в том числе команда Италии. В их составе выступали браться Гуаццарони, чемпионы мира. В одном из предварительных поединков я встретился с Гуаццарони; мне было все равно, какие у него титулы. Я его бросал и добивал, а он все кричал, что это не каратэ! В конце боя он попытался нанести мощнейший «маэ гэри», а я уклонился, сделал подножку и добил. На этом все закончилось! Тогда в абсолютной весовой категории я занял 3-е место, в категории до 80 кг вторым стал Казанцев Сергей. А чемпионами ката и кумитэ стали аргентинцы. Было видно, что они — мастера «иппона». 
Через год мы опять поехали на «Кубок Монкада». Туда впервые приехала сборная команда Японии. В ее составе выступал титулованный спортсмен Исудзука. В поединке с Судзуки сошелся наш спортсмен Филимонов Александр. В ходе боя произошла заминка, и Александру показалось, что судья приостановил поединок. Он стал возвращаться на исходную позицию, а японец начал догонять его и приготовился нанести удар. И в тот момент Александр повернулся к сопернику и «отрубил» его встречным ударом в лицо. Японец лежал минут пять, но все же пришел в себя и продолжил поединок. Он разгадал тактику Александра и зарабатывал оценки, ныряя под удар в голову и нанося встречный удар в корпус. И это все после тяжелого нокаута!

– Сейчас все большую популярность приобретают смешанные единоборства; многие каратисты изучают приемы борьбы и находят себя в ММА. Что вы думаете об этом?
– Приемы дзёсинмон применяются для подготовки российских спецслужб. Например, спецназовец ГРУ должен обладать способностью убивать быстро, мгновенно добиваться цели, наносить резкие и сильные удары, т.к. у него нет времени. Для этого как нельзя лучше подходят правила соревнований «сёбу иппон». Посмотрите на японский «сёбу иппон», не европейский, — ведь это же конфетка! В свое время я понял, что правила будут меняться еще 100 и более раз. Я оттачиваю технику ката, работаю над скоростью и мощным «цуки». 

– Что вы думаете о стандартизации ката?
– Невозможно подогнать всех под одну гребенку. Даже когда вы покупаете пальто, спустя пару месяцев оно принимает форму вашего тела. То же самое касается ката. Все зависит от индивидуальных особенностей, антропометрических данных. 

– Что, по-вашему, надо изучать первым: ката или кумитэ? 
– После кумитэ никого не заставишь изучать ката. Я считаю, за что первые 2 года надо дать понять человеку, чем он занимается. Если сразу приступать к поединку, о каратэ не может быть и речи. 

– Вы 15 лет участвовали в соревнованиях. Как сложилась ваша карьера в каратэ после ухода из спорта? 
– Потом был провал. Но в 1992 я познакомился с каратэ сосихана Икэды, я увидел классику каратэ. До этого мы занимались по принципу «напасть, порвать, убить». Я пришел к тому, что необходимо объединить изящное японское каратэ с грубым рукопашным боем. 

– Кто-нибудь из других мастеров каратэ произвел на вас впечатление?
– Да, после чемпионата мира 1999 в Японии на прощальной вечеринке Икэда-сихан познакомил меня с удивительным человеком, сэнсэем Фудзимото. Кто-то предложил ему показать «тамэсивари». В один момент его глаза превратились в стальные штыри, и ударом «сюто учи» он отрубил горлышко у бутылки. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что передо мной стоит мастер. 

– Это тот, который в одном из документальных фильмов 1970-х колотил руками и ногами по паровозу?
– Именно он. Ежедневно по 3–4 часа ударами он раскалывает предметы. Я как-то спросил у Икэды-сихана о стиле Фудзимото- сэнсэя? Тот ответил, что у него нет стиля, он занимается будо, каратэ ради каратэ. Он доказывает жизнеспособность боевого искусства, и для этого требуется железная воля.

– Вы психолог. На ваш взгляд психологической подготовке единоборца надо уделять особое внимание или же требуемые качества вырабатываются в процессе тренировки?
– Психолог нужен всем: и спортсменам, и бойцам. Потому что высот достигают только люди с крепкой психикой. В специальных подразделениях психологическая подготовка — неотъемлемая составляющая. Например, бойцов спецназа ГРУ проверяют чаще всех, каждую неделю.

– Это интервью будут читать молодые спортсмены. Какой бы вы дали им совет?
– Спортсмен должен трезво оценивать свои силы и понимать, что настанет момент, когда придется завершить спортивную карьеру. Не известно, сколько травм после этого будет, и сможет ли он дальше идти по этой дороге. Я знаю случаи, когда спортсмены уходили в криминал, хотя имели возможность стать мастерами будо, боевого искусства. Чтобы стать мастером, необходимо изматывать свой организм тренировками, оттачивать технику ката, тренировать силу и скорость ударов, а также заниматься психологическими тренингами. Например, я тренируюсь ежедневно по 4 часа, наношу 400 ударов по «макиваре», а на Новый год — 2000 ударов каждой рукой. Я не могу иначе, без этого нет жизни, это наркотик для тела. Тренируйтесь и постигните смысл!


03.09.2011

Интервью: Ваник Арутюнян, Александр Чичварин

Мир каратэ

Последние фото

Мы в соцсетях: